Удачная рифма ресторана ”Пушкин”

restoran pushkinОчень странно, что раньше в Москве не было ресторана под названием “Пушкин”. “Кафе Пушкинъ” открылось в прошлом году (к юбилею, как положено) и сразу вписалось. Теперь кажется, что оно стояло тут — на Тверском бульваре, у самой Пушкинской площади — всегда. Ну, как минимум с прошлого века.

За долгую историю ресторана говорит все: и стены с благородно потрескавшейся краской, и потолочные плафоны в кракелюрах, и солидная, но уютная обстановка, и особая старомодная вежливость официантов, и меню, набранное с “ерами”, да и не меню это вовсе, а газета “Гастрономический вестник”, где закуски и десерты перемешаны с забавными анекдотами и новостями начала века. Все живое, не музейное: надтреснуто отбивают жизненный ритм часы, в антикварных шоколадницах подают, натурально, шоколад, в огромной старинной библиотеке можно полистать заинтересовавшую книгу, среди которых есть даже прижизненное издание “Евгения Онегина”. Больше прямо на Пушкина тут ничего не указывает — никаких портретов и гравюр и прочих напыщенных банальностей.
Я давно подозревала, что все настоящее кем-то просто очень тщательно отрежиссировано. Ресторан новенький, от начала и до конца придуманный его владельцем Андреем Деллосом, известным Москве дискотеками “Пилот”, клубом “Сохо”, ресторанами “Ле Дюк”, “Шинок”, “Бочка” и “Му-Му”. Он говорит, что “Пушкин” открылся раньше, чем предполагалось, — это должен был быть последний проект, окончательно доказывающий, что культуру и бизнес вполне можно совместить. И что общепит как раз то самое место, где это возможно.
О том, что в Москве есть такое кафе, пела вся Европа: у французского шансонье Жильбера Беко была когда-то модная песенка “Натали”, где француз знакомился с русской девушкой. Приезжая сюда, иностранцы спрашивали: где? “Пушкина” не было. Наверное, этот проект так и ждал бы своего воплощения, если бы не стечение обстоятельств — свободное место и приближающийся юбилей, под который власти удивительно быстро дали все необходимые разрешения.
Была придумана легенда. Будто бы дом построил петербургский вельможа и архитектора привез из Питера, поэтому это барокко, а не традиционный московский классицизм. Спустя век здание оказалось во владении у медика-немца, который и открыл тут аптеку и при ней, по обыкновению того времени, кафе.
Зал в подвале оформлен как провизорская, первый этаж — собственно аптека, и даже ресторанная стойка тут украшена медицинскими штофами с разноцветными настоями. Второй этаж — библиотека, есть еще антресоль и кафе на крыше, откуда открывается прелестный вид на бульвар. Естественно, все это новенькое, только что построенное (потом ресторан занял и часть соседнего особняка — подлинного, постройки начала XIX века), но лишенное помпезности и лоска, каким грешат сегодня даже отреставрированные здания, не говоря уж о новоделе. Деллос вложил в него тот старый, уютный аристократический дух, который во времена его детства еще можно было встретить в московских коммуналках, где в самых тесных комнатах ютились люди из бывших.
Домик встал на свое место так, будто был тут всю жизнь. Для того чтобы отвечать на вопрос, что тут было раньше, в ресторане работает благообразный “аптекарь”, рассказывающий посетителям легенду “Пушкина”. То есть поначалу он должен был рассказывать легенду. Но оказалось — вот мистика! — все правда. Изыскания в архивах подтвердили: на этом месте стояла аптека, которую держали немцы Мей и Фишер. Рядом в пушкинские времена доживал свои дни отставной фаворит Екатерины Римский-Корсаков, которого Пушкин частенько навещал, интересуясь историей эпохи. А в доме Кологривовых, по соседству, была известная танцевальная школа Йогеля, куда Александра Сергеевича возили ребенком, а потом тут на балу выпускников он впервые увидел Наталью Николаевну. Вот вам и “Натали”! А Беко, приезжавший на открытие ресторана, уверял, что Пушкин ему понадобился просто для рифмы.
Это было меньше полутора лет назад, с тех пор “Пушкин” сделался исключительно модным местом. И дело не только в пище духовной, а во вполне насущной. Замечательный шеф-повар, художник своего дела, призер разнообразных гастрономических конкурсов — наших и международных — Андрей Махов находит в старинных поваренных книгах рецепты и адаптирует их к нынешним вкусам (что можно проверить по нашему обеду).
Сюда ходит, как сказали бы во времена Пушкина, “вся Москва”. Уже сложился круг завсегдатаев: одни всегда завтракают в аптеке, другие чуть не ежедневно обедают с деловыми партнерами, третьи подсели на шоколад и “Минью десертов”. Естественно, полно иностранцев: слава уже докатилась до Парижа: в одном из последних французских детективных бестселлеров есть целая страница, посвященная этому кафе. Но Деллос уверяет, что его больше радуют не модные тусовщики и преуспевающие бизнесмены, а старики — эта редкая для ресторанов публика и есть лучшее свидетельство того, что “Пушкина” народ любит и знает.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *