Кулинарный роман Аркадия и Надежды Новиковых

kulinarnyi romanМожно, конечно, сказать, что исполнительство Марка Пекарского построено “на остинатном нагнетании полиритмических структур”. Наверное, так оно и есть. Но когда он бьет в свои барабаны, сковородки, виброфоны, тамтамы, маримбы, бинсазары и прочие объекты, ни о каких “интуитивных подтекстах” не думаешь: это чистая эмоция и большая музыка. Поразительнее же всего то, что ему нравится каждое мгновение его жизни! Ну почти каждое.

ПЕРИОД УХАЖИВАНИЙ И ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЙ — ОТ МОМЕНТА ЗНАКОМСТВА ДО ЗАЯВЛЕНИЯ В ЗАГС — ЗАНЯЛ У НАДЕЖДЫ И АРКАДИЯ 12 ДНЕЙ. ЕСЛИ УЧЕСТЬ, ЧТО С ТЕХ ПОР ПРОШЛО 14 ЛЕТ, РЕШЕНИЕ НЕ НАЗОВЕШЬ ПОСПЕШНЫМ

МЯСО

Наверное, все могло бы сложиться иначе, если бы в 1989 году в Москве было мясо. Но мяса в Москве уже не было. А москвичи, как ни странно, еще были. И изо всех сил пытались жить как обычно. В смысле — есть. Хотя бы по праздникам. У москвички Нади, без пяти минут выпускницы Плехановского института, праздник как раз приближался — день рождения. А у нее было много подруг, друзей и прочих однокурсников, не говоря уже о нескольких серьезных кавалерах, в том числе и иностранных, что в условиях отсутствия мяса выглядело заманчиво. Но это были только перспективы, а реальность состояла в том, что мяса нет. Зато одна подруга успела выйти замуж. И друг ее мужа работал помощником повара в одном из первых кооперативных кафе — в знаменитой “Виктории” в Парке Горького. Друга звали Аркадий, и к нему-то Надя, рдея от смущения, и обратилась с деликатной просьбой. Достать мяса.

А.: Ну, мяса я ей достал. А она меня, видимо в благодарность, пригласила на день рожденья.

Н.: Конечно, в благодарность! Неудобно же было!

А.: Я и приехал. Она много всего тогда наготовила, и неплохо. Даже сейчас помню, что там было на столе.

Н.: Я так старалась! По всяким рецептам из журналов наготовила, напекла пирожков…

А.: В общем, это было единственный раз за нашу совместную жизнь. Фаршированное мясо было с грибами, были какие-то шарики сырные, были… Да много чего было. А пирожки!.. Уже после того, как мы поженились, когда Надя была беременная, я как-то ушел на работу, а она поставила тесто. Потом я пришел с работы, а она с этим тестом все еще мучилась.

Н.: Ну не рассчитала, много поставила… Я уже с во-от таким животом, у плиты — устала их делать… И он говорит: “Ладно, иди отдыхай!” Я легла, а он, вернувшись с работы, допекал эти пирожки. А потом сказал: “Знаешь, не надо больше пирожков, не пеки!”

А.: А я все время мечтал, что у меня жена будет хорошо готовить. Вот и поддался… чарам этого стола.

— И скоро ли после этого последовало предложение?

А.: Ну в общем да. Почти сразу.

Н.: Только я так растерялась, что сделала вид, что не услышала.

— И что?

А.: Пришлось повторить.

Н.: У меня 26 мая день рождения, а 8 июня мы подали заявление… 12 дней — мама просто в шоке была! Как-то так все это произошло… Стремительно и быстро. Наверное, я сразу поняла, что вот — мое. Что мне с ним спокойно, мне хорошо. Причем я ведь человек очень нерешительный, я Близнецы, и проблема выбора у меня всегда стоит. Я даже захожу в магазин и мучаюсь: то или другое взять… И беру часто две вещи — просто потому, что не могу выбрать! Он меня часто спрашивает: “Как же ты так вдруг решилась замуж-то за меня сразу выйти?!” Ну вот успела, значит, как-то почувствовать… Хотя одно “но” у меня было. Я ему сказала: “Хорошо, я выйду за тебя замуж…”

А.: Это когда она все-таки услышала, что я делаю ей предложение.

Н.: Да, я сказала: “Хорошо я выйду за тебя замуж, но если только ты сбреешь усы”. А про себя думала, что мужчина, наверное, никогда вот так сразу не согласится.

А.: Ну конечно, она только на это и надеялась! А я взял — и сбрил!

Н.: Да, и это стало какой-то последней каплей для меня — я решилась! Я почему-то ненавижу усы!

— А усов-то не жалко было? Или так хотелось жениться?

А.: А я вообще всегда пытаюсь изменить себя, мне только повод нужен. А тут и повод был. Подходящий.

РЕМАРКИ

Я, то есть автор этого текста, должен сознаться: терпеть не могу ремарки в интервью. Все эти “улыбается-хмурится-пристально-смотрит-в-глаза”. С одной стороны, сразу вспоминаю анекдот про горе-актера: “Медленно садится… медленно встает”. А с другой — это ведь, по-моему, задача журналиста. Если собеседник смеется или хмурится, изволь передать это в тексте так, чтобы и без ремарок, по словам и интонации, все ясно было. Не получается — иди в драматурги. (Хотя у Шекспира, по-моему, таких ремарок тоже негусто.) Так вот, это все к тому, что в данном интервью без ремарок обойтись невозможно. Надя и Аркадий постоянно смеются, хмурятся, пристально смотрят друг другу в глаза. А еще чуть-чуть играют передо мной, журналистом, потом забывают об этом и играют друг для друга, потом уже всерьез, потом опять про меня вспоминают — и смеются, и пристально смотрят в глаза. Поэтому ремарок и не будет. Вы уж сами как-нибудь разберитесь, когда они что.

— У вас много осталось людей, с которыми вы дружили лет 15 назад?

А.: Нет, очень мало.

Н.: Да, остались, конечно.

— ?

Н.: ?!

А.: Есть, конечно они есть, но… С большинством мы мало общаемся. Знаете, другие какие-то интересы. Вот я им звоню, а они говорят: “А мы тут поехали в Турцию, купили там такую куртку”. Или еще что-то. И не в куртке и не в Турции дело, просто мне все это как-то не очень… Не знаю, все зависит, наверное, от интересов общих. Не от количества денег, а именно от интересов. Но у меня и никогда не было очень большого количества друзей. А жизнь она вообще такая, тем более если она связана с бизнесом, — у меня со многими нормальные отношения, но особой дружбы нет… Помните, как партийные организации строились? По производственно-территориальному принципу. Так и дружба в общем-то. Не знаю, может быть, кто-то со мной поспорит, скажет, что люди дружат и когда они на разных концах света. Может быть. Но мое мнение все-таки, что можно дружить, когда ты с человеком рядом, когда часто общаешься, когда это не только телефон.

Н.: А у меня как раз остались подруги, с которыми я дружила еще в детском саду. Они со мной по жизни идут — и со школы, и с института. Естественно, жизнь раскидала, кто-то там живет, кто-то сям. Но я все равно их называю — их единственных — своими друзьями. Остальные все вокруг меня — знакомые.

А.: Я вам про нее скажу, она скрытный достаточно человек. И мало с кем общается…

Н.: Да нет, я общаюсь-то много с кем…

А.: Да мало, Надь, мало. Вот если сравнивниват, ты общаешся очень мало. И у тебя друзей тоже немного. Старые — да, есть…

Н.: А мне некогда. У меня муж, дети, семья, и для меня это самое важное в жизни. А ходить по ресторанам, обсуждать кого-то — мне это неинтересно. Раньше мы так с подружками время проводили, потому что было оно. А сейчас свободного времени у меня нет. И если мы ходим куда-то, то все время вместе. И значит, это его друзья и жены его друзей. Если по-другому, то надо разделиться, наверное, и ему общаться со своими, а мне — со своими. Но я так не могу, я предпочитаю мужа все-таки.

А.: Да много же хороших людей вокруг, и интересно с ними! Я даже иногда думаю, что если бы не встретил того или этого человека, не познакомился — так много интересного не узнал бы. Я кайфую от новых людей. Ну и потом все равно: как ты к людям, так и люди к тебе — в любом случае.

— Надя, а часто бывает, что вы вынуждены скучать в компании, в которой интересно Аркадию?

Н.: Ну-у…

А.: Редко. Объясню почему: мы никуда не ходим, где ей было бы неинтересно.

Н.: Неправда! Все время мы ходим на какие-то тусовки, презентации, где мне, например, совсем неинтересно, а тебе туда очень хочется.

А.: Да ты вспомни, пожалуйста, на какую последнюю презентацию когда ты ходила? Вспомни, когда это было?

Н.: Аркаш, а ты возьми журналы со светской хроникой и посмотри. Где мы только не бываем!

А.: Ну так и где же мы все-таки бываем? А?.. То-то! И как раз знаете почему не ходим? А потому что ей это неинтересно.

Н.: Нет, на самом деле мы часто ходим, я просто не помню, но мне, например, не всегда этого хочется.

А.: Да ей не хочется никогда!

Н.: Нет, неправда, я люблю под настроение…

А.: Да, но у нее всегда не то настроение. А мне она говорит: “Ну а ты иди, повампирь!”

— А вы, Аркадий, тусовки любите?

Н.: Любит-любит. Он правда какой-то заряд получает от общения.

А.: Знаете, я спокойно очень к этому отношусь.

Н.: Да не спокойно, тебе нравится! Со всеми поздороваться, повторить одно и то же десять раз. А мне неинтересно. Я ничего нового не узнаю.

А.: По-разному бывает, но я правда вполне нормально к этому отношусь. И, если бы не Надя, я бы был, может, и не на всех, но на доброй половине этих мероприятий — точно. А так я довольно редко хожу. А еще она меня постоянно…

Н.: Ну-ну, пожалуйся, пожалуйся!

А.: Я просто знаю огромное количество людей. И она меня постоянно спрашивает: “А с кем это ты поздоровался? А почему ты с ним поздоровался? А почему ты этим вот так улыбнулся? А почему ты то и се?” Да лучше уж вообще никуда не ходить!

Н.: И правильно!

А.: Нет, не правильно! Надо бороться, Наденька, с собственными недостатками.

Н.: Вот видите, и мы с ним все время так спорим.

А.: Ну не все время, почему, только иногда.

Н.: Да у нас все ссоры на самом деле бывают только из-за того, что он хочет куда-то пойти, а я не хочу. Я хочу домой, к детям.

АРКАДИЙ: “ВАМ ВОТ, НАВЕРНОЕ, КАЖЕТСЯ, ЧТО ОНА САМА НЕЖНОСТЬ? ТАКАЯ МЯГКАЯ, ДОБРАЯ — ВСЕМ ТАК КАЖЕТСЯ. ДА ЕЕ НЕВОЗМОЖНО ПЕРЕСПОРИТЬ, НЕ-ВОЗ-МОЖ-НО!”
НАДЕЖДА: “НУ ДА, У МЕНЯ ЖЕ ТОЖЕ ЕСТЬ ХАРАКТЕР. И ЕСЛИ ЕСТЬ СВОЕ МНЕНИЕ, ТО Я ДОЛЖНА ЕГО ОТСТОЯТЬ!”

СЕКРЕТ

Новикова принято спрашивать про секрет его успехов в ресторанном бизнесе, поскольку успехи и правда впечатляющие. Я не спросил, потому что не успел. Аркадий сам рассказал свой секрет, хотя отвечал на совсем другие вопросы.

А.: Ну да, я люблю общаться. Мне и по роду занятий положено, конечно, много где бывать. Но и нравится на самом деле. Мне интересно… Например, менеджеры, которые у меня работают, если они боятся общаться с гостями, если им это не в удовольствие — это все. Они могут дальше работать, но толку из них никакого не получится. Надо уметь, да нет, даже не то что уметь — надо хотеть общаться! Надо подойти — к знакомым, к незнакомым, неважно, все равно! Подойти и спросить: нравится, не нравится, чего бы хотели, что не устраивает? Это необходимо для нашего бизнеса. Ну и конечно, какие-то профессиональные качества необходимы — когда ты не глазеешь по сторонам, а смотришь, какая у гостя мимика. На что у него глаза направлены, какая у него реакция на еду, что ему мешает, если мешает что-то. Ну и много, много еще вещей. Да все написано на столе сразу! Но я это понимаю, пытаюсь объяснить, а все, наверное, зависит от того, дано или не дано. И очень мало людей в Москве, которым это дано, к сожалению.

— А как вы отдыхаете, Аркадий?

А.: Лучший отдых — это работа.

Н.: Да, у него это правда.

А.: Мне нравится работать. Хотя могу и отдыхать, в принципе. Вот мы летом были на Сардинии. Приезжали наши друзья, мы брали маленькую лодочку надувную, резиновую, и на этой лодочке катались по островам. Моментально пролетало время! А друзей у нас там много, так что могу сказать, что дни у нас были расписаны по часам.

Н.: Вот-вот, так мы всегда и отдыхаем! Хорошо, что хотя бы субботы и воскресенья я у него отвоевала. Но при этом все действительно расписано по часам. Я, бывает, накраситься с утра не успеваю, а мы уже должны куда-то бежать — отдыхать… Ну не может он на месте сидеть, не может! Все время должен куда-то стремиться. Я говорю, что после таких суббот и воскресений у меня иногда настоящий выходной в понедельник получается.

А.: Да, в субботу-воскресенье я стараюсь дома быть. Иногда, конечно, хочется куда-нибудь свалить, потому что у меня же тоже есть свои… интересы…

Н.: Дела у тебя, а не интересы!

А.: Да, так вот, есть свои интересы, хотя не все, к сожалению, — я повторяю, не все — к сожалению! — это понимают.

Н.: Да, не понимают! Я настаиваю, чтобы суббота и воскресенье были нашими семейными днями, не все же время работать.

А.: Да почему работать?! Я могу и отдохнуть! Сам по себе.

Н.: Знаете, как этот отдых сам по себе выглядит? Он на субботу с воскресеньем назначает какие-то деловые встречи.

А.: Ну а что я могу сделать, если иногда невозможно их на другие дни назначить? Но на самом деле 90 процентов суббот и воскресений я дома.

Н.: Да, это правда. В основном дома.

А.: Хотя вот такие наезды и заставляют меня иногда задумываться… Ну ничего.

— А дети как воспринимают, что папа у них только по выходным? Их, кстати, сколько? И им — сколько?

Н.: Их двое. Старшей, Саше, тринадцать, а младшему, Никите, — семь.

А.: Саша у нас хорошая, добрая, мягкая девочка. Домоседка, как мама. А сын скорее в меня характером, такой живчик! Вот он подрастет — и тогда мы вместе с ним тусоваться начнем!.. И они на самом деле как норму все воспринимают, они же не привыкли, что по-другому может быть. Но на самом деле все не так, я же не только по выходным. Я каждый день дома бываю! Н.: Ночует он дома каждый день.

— Раз уж зашла о работе речь, какую роль Надя играет в ваших бизнес-успехах?

А.: Думаю, что наверняка какую-то играет, да. Хотя в, принципе, она сознательно не занимается моим бизнесом, то есть не помогает. Но как-то подсознательно это влияние есть. Мировоззрение ведь складывается в том числе и благодаря семье. Воспитывается человек как-то. А я все-таки за собой слежу, стараюсь смотреть. И вижу: меняюсь. Я иногда смотрю старые фотографии — как я одевался когда-то, вспоминаю, что мне тогда нравилось. Так теперь странно…

ЧТО И КАК

На прошлую годовщину свадьбы — 15 сентября — Аркадий подарил Наде щенка. Джек-рассел-терьера, точь-в-точь как в фильме “Маска”, точь-в-точь такого, о каком она много лет мечтала. Мечта была несбыточной, потому что одна собака в доме уже имелась — немецкая овчарка, любимица самого Аркадия, а против второй он возражал категорически. А тут вдруг вошел в ванную утром — Надя как раз умывалась — и протянул ей щенка. Теплого. Теперь Надя время от времени усаживает подросшего джек-рассела перед собой и объясняет ему, что он — ее любимый подарок.

А в этом году Аркадий без всяких годовщин подарил ей цветочный салон, так что Надя тоже стала предпринимателем. Начинающим. “Я, наверное, две недели собиралась с силами в это салон зайти. Ну глупо же, что я, зайду и скажу: здравствуйте, я ваша хозяйка?!

Надя дарит Аркадию книги. Которые потом сама же ему вслух и читает, потому что Аркадий читать не успевает вообще. Читают они перед сном или когда он работает за компьютером. Когда работает — даже лучше, иначе все заканчивается слишком быстро: Аркадий засыпает моментально. И видит исключительно хорошие сны, других он не помнит — принципиально. Надя видит разные сны, помнит их все и, если ей кажется, что это серьезно, расшифровывает для Аркадия и заставляет прислушаться. “Вам вот, наверное, кажется, что она сама нежность? Такая мягкая, добрая — всем так кажется. Да ее невозможно переспорить, не-воз-мож-но.” “Ну да, у меня тоже есть характер. И если есть свое мнение, я же должна его отстоять… И потом, ему полезно, чтобы с ним кто-то спорил. Я, наверное, вообще единственная, кто его критикует и ругает. Потому что все везде ему теперь только и говорят, какой он замечательный, какой он ресторатор, бизнесмен и гений. Ну ресторатор, ну, может, и гений, но нельзя же все время только это слышать. Это нехорошо”.

Если в общем и целом, то, наверное, получается так. Аркадий обычно знает, как нужно делать даже чуть-чуть раньше, чем поймет, что. Надя обычно с трудом себе представляет, как, зато что, знает даже чуть-чуть раньше, чем Аркадий. Это не ресторанного бизнеса, конечно, касается, и даже не совместного ведения домашнего хозяйства. Это касается только их двоих. Но касается уже 14 лет, и, судя по всему, прикосновения эти доставляют им вполне неподдельное удовольствие. Ну а теперь — в логичное развитие нежной темы прикосновений — о том, что творится поздно вечером за закрытыми дверями дома Новиковых.

Н.: Телевизор он в это время смотрит. Сидит в комнате и смотрит телевизор.

А.: Я правда люблю телевизор. Люблю новости, люблю попереключать каналы…

Н.: Да-а, мы же не можем смотреть один канал. Обычно это так происходит: мы смотрим два каких-то фильма по разным каналам плюс еще какие-нибудь новости…

А.: И параллельно — футбол.

Н.: Да, а я при этом пытаюсь читать какую-нибудь книжку. И в конце концов я начинаю стараться понять, что там в одном из фильмов происходит, он к этому времени уже засыпает, а я — я остаюсь досматривать фильм, который мне совершенно не хотелось смотреть сначала!